Мужчина любит в себе абсолютно все, но силу все же ставит далеко не на последнее место. Внезапная потеря силы для него - страшный удар.

 

Некоторые впадают в депрессию и даже решают свести счеты с жизнью. Но обычно до таких крайностей дело не доходит: ну, ушла сила, так ведь остались другие обожаемые качества -выигрышный профиль, умение выразительно изгибать бровь, недюжинный ум и бездна обаяния.

 

Мужчина даже пытается флиртовать, объясняя очередные свои фиаско тем, что партнерша не вызвала в нем большого и светлого чувства, и как романтический герой скрывает за цинизмом отчаяние.

 

Половые проблемы женщин (особенно бездетность) вызывают у людей сочувствие. Импотент же - герой народных анекдотов. Это, конечно же, несправедливо, но в мире, вообще, не так уж много справедливости. Впрочем, не будем более вести разговор на уровне "из чего же, из чего же, из чего же сделаны наши мальчишки", а лучше отправимся в республиканский Центр репродукции человека Минздрава России и послушаем его руководителя Андрея Акопяна.

 

- Андрей, существует мнение, что мужик в последнее время значительно ослабел, и виной этому матриархат, Чернобыль и коммунисты, что импотенция - прямо-таки бич нашего времени. Как ты, уролог, смотришь на эту проблему?

 

- Все совсем не так ужасно, как кажется . Действительно, с жалобами приходит все больше и больше мужчин, но это не значит, что все они импотенты. Причины их половой дисфункции в основном психологические. А органических причин, которые надо серьезно лечить, наберется лишь процентов пять. Например, простатит. Знаешь, я иногда думаю, что если бы этот популярный диагноз подтверждался каждый раз, когда его ставят, то у нас дети вообще не рождались бы.

 

- ?

 

- Ну, у каждого врача есть "любимая" болезнь, которую он у всех подозревает. У терапевта это ОРЗ, у уролога - простатит. Даже когда предстательная железа никакого отношения к заболеванию не имеет. Многие мужские проблемы, как говорится, "от нервов".

 

Например, в шестнадцать лет парня постигла крупная половая неудача, а партнерша расхохоталась ему в лицо, да еще обозвала как-нибудь. Это наверняка скажется на его дальнейшей личной жизни.

 

Надо заметить, что женщины подобные удары переносят очень легко, они не столь нежны и ранимы, как мужчины. Или вот скажем, человек заработал большие деньги. Вернее, не заработал, а взял то, что плохо лежало (и я его не осуждаю). Но ничто просто так не дается. Он понервничал, и нервная нагрузка сказалась на потенции. Его супруга, как у нас водится, с появлением слабости не помогает мужчине, а наоборот. Начинаются насмешки, скандалы. Когда жена орет на мужа, остается мало шансов, что в постели у них все будет так же замечательно, как и раньше.

 

А ведь у нас за стенами квартир, на этих тридцати - сорока метрах "с тещей" такие разыгрываются драмы и баталии! И если, скажем, бизнесмен благодаря своим деньгам может плюнуть на все и "сменить бабу" (в таких случаях болезнь не заходит далеко), то бывают и тяжелые случаи.

 

К нам приезжают лечиться мужчины из небольших городов. Вот он, "маленький человек", в городке, где все друг про друга все знают, где приходится жить не то что с нелюбимым, с ненавистным человеком. И чувство это чаще всего взаимно. О какой потенции тут может идти речь?! Вернуть такого пациента к нормальному сексуальному общению с женой уже невозможно, а советовать развестись или изменять считается аморальным.

 

- Но, наверное, это действительно не очень хороший совет?

 

- Чувствую, у нас назревает отдельный разговор о нормальном сексуальном поведении. Постараюсь покороче. Знаешь, я не люблю слова "измена" - это трудное понятие. Я не считаю половой акт "на стороне" изменой. Девочки появляются на свет, имея всего четыреста яйцеклеток на всю жизнь.

 

У мужчины при одном семяизвержении выделяются сотни миллионов сперматозоидов. Самец рожден, чтобы оплодотворять, причем разных самок. Это не мои домыслы - это биология развития. Это зов природы. И от ночи "на стороне" ничего худого не случится - она разве что благоприятно скажется на потенции мужчины и на семейной жизни, потому что после этого он будет внимательнее относиться к жене. Ведь мужчина после своих э-э-э развлечений возвращается домой. Он просто сходил удостовериться, что дома лучше.

 

Женщина менее склонна к изменам. Есть знаменитый дарвиновский пример: сука из ездовой упряжки предпочитает кобеля, с которым уже была, кобель же выбирает незнакомую самку из другой упряжки. Женщине тоже не вредно "изменять" Но если она начинает делать это, то в конце концов уходит от мужа к другому. Поэтому она рассматривает легкие (и особенно тяжелые) флирты мужа со своей, женской, точки зрения и относится к ним слишком серьезно.

 

Она устраивает "разборку", что совершенно не увеличивает ни мужской силы мужа, ни ее сексуальной привлекательности. Женщина и мужчина - они ведь такие разные. Это земля и небо. Как сказал Моэм - "мир - это дом мужчины, а дом -мир женщины". Это не значит, что круг интересов женщины ограничен. Нет, просто ее интересы другие.

 

- Так, значит, изменять полезно?

 

- Если тебе так нравится эти слово, то да. Наверное, стоит несколько обновить традиционные взгляды на мораль. Например, в стране давно уже падает рождаемость. потому, что многим дети просто не по карману. И сейчас очень важно, чтобы рождалось побольше хороших, здоровых младенцев.

 

Так, наверное, нет ничего ужасного в том, чтобы бизнесмены заводили по нескольку детей от разных женщин. Они не слишком обеднеют от того, что будут содержать своих отпрысков и их матерей. Это не пропаганда безотцовщины. Просто я считаю, что ребенку лучше воспитываться в достатке и любви с одной мамой, чем постоянно слушать скандалы, причитания о том, что денег нет, но зато расти с отцом-пьяницей и неудачником.

 

- Что-то мы рано заговорили о детях. В вашем центре лечат мужское бесплодие...

 

- Да, насколько ты понимаешь, импотенция и мужское бесплодие - это разные вещи. Причем ситуация с бесплодием гораздо серьезнее, чем проблема импотенции. Эта беда была всегда, только о ней говорили меньше, потому, что традиционно считалось, что бесплодны в основном женщины. Сейчас бесплодных мужчин больше, чем женщин. В Иркутской области, например, бесплодных браков уже семьдесят процентов. В нашем центре используются две уникальные методики лечения, наши собственные, нигде больше такого не делают.

 

И вообще, в мире нет второго стационара, где ведется работа в таком объеме, как у нас. Но самое интересное, что открытия эти были сделаны не от хорошей жизни. Голь на выдумки хитра. У нас было очень много технических трудностей, неизвестных "западникам", и мы все что-то изобретали, как Кулибины, чтобы заменить отсутствующие инструменты и аппараты. Оказалось, что таким образом было придумано нечто совершенно новое.

 

- О каком "объеме работы - стационаре" ты говоришь? У вас же всего двадцать пять коек!

 

- Это ничего не значит. Знаешь, сколько коек в крупнейшей американской клинике Universal? Сто двадцать пять. Ровно в 8.30 там на двенадцати столах начинают операции. Опоздание на десять минут расценивается как ЧП. Обследуют пациентов амбулаторно. Больной же поступает вечером накануне операции и выписывается дня через три-четыре после нее. "Квалифицированную" койку никто так просто не занимает - это слишком большая роскошь и для пациента, и для больницы.

 

В то же время в Москве есть шесть или семь больниц -"монстров" на полторы тысячи мест. Девяносто процентов больных, обитающих там, можно со спокойной совестью отпустить домой лечиться амбулаторно. Но их не выписывают, потому что у нас качество медицины определяется не тем, как лечат, а тем, сколько койко-мест и врачей имеется на душу населения. Конечно, получается, что у нас в стране очереди в больницы. Ведь там лежат в основном не тяжелобольные, а старики со старухами, за которыми нужен уход.

 

Высококвалифицированные стационары стали домами престарелых. Я не претендую на роль переустройщика здравоохранения, мы занимаемся своим делом. Кстати, часто спрашивают, какое отношение центр репродукции, то есть воспроизводства человека, имеет к пластическим операциям.

 

- И к транссексуалам - тоже.

 

- Ну, "трансы" - это, вообще, не очень интересно, хотя о нашем центре говорили в основном в связи с ними. Журналисты почему-то сразу "западают" на этих несчастных "трансов" и ничего за ними видеть не хотят. Да, мы делаем операции по изменению пола, несмотря на то, что это бесперспективная, тупиковая "ветвь", хотя бы потому, что у транссексуалов не будет своих детей. Но кто-то ведь должен делать такие операции.

 

- Тем более, что они наверняка приносят большие деньги?

 

- С "трансов" мы вообще денег не берем. Они, как правило, несчастные, безработные, затюканные люди, часто из неблагополучных семей. К ним все относятся как к психам или "голубым". В Америке, между прочим, где такие операции стоят от пятидесяти до трехсот тысяч долларов, платят чаше всего не сами больные, а их богатые покровители, друзья или ассоциации транссексуалов, геев. (У них в основном меняют пол мужчины. У нас же, наоборот, большинство транссексуалов в прошлом были женщинами...)

 

Так вот, репродукция - это, грубо говоря, возможность делать детей. А для того чтобы произошел нормальный половой акт и получился ребенок, необходимы не только здоровые органы, но и красивое тело, чтобы партнеры были сексуально привлекательными друг для друга. Почти все пациентки, разумеется, женщины. Но что я хочу сказать... Завоевать мужчину очень просто. Гораздо сложнее его удержать, а при помощи только красивой внешности это сделать трудно.

 

Ах, подумалось мне, да чего только наша сестра не сделает, чтобы рядом был настоящий мужик!

 

И хотела бы я своими глазами увидеть мужчину, который согласился дырявить кромсать и "корректировать" свое тело только ради того, чтобы удержать любимую женщину... Такое под силу только слабому-слабому полу.

 

(Ослабевший пол или Женщина любит в мужчине силу Акопян, Елена Аверина Экономика и жизнь (Нижний Новгород) 50 (97) декабрь 96)

Авторские права © 2000 Республиканский центр репродукции человека
Последнее изменение: июля 18, 2000